Pomegranoudh

Fugazzi Pomegranoudh — необычный фруктовый аромат от нишевого парфюерного дома Fugazzi. Сочно, сладко, дымно и дерзко. Это история о том, как кисло-сладкий гранатовый сок встречается с самой темной древесиной Востока. Fugazzi сделал фрукты главным оружием композиции.

Первая секунда звучания парфюма — это удар током. Гранат здесь не тот бледно-розовый сок из супермаркета. Это терпкий, вяжущий, почти горький сок дикого граната, раздавленного пальцами прямо над флаконом. Кислота граната режет по рецепторам так, что вы непроизвольно сглатываете. Следом врывается бергамот — но не классический успокаивающий, а его зеленый, более агрессивный родственник. Он добавляет верхним нотам искристость и прозрачность, не давая гранату стать «сиропным». Третьей нотой звучат красные фрукты — собирательный аккорд из малины, клубники и красной смородины. Но здесь нет детской сладости. Фрукты придавлены кислотой граната, они звучат, как компот без сахара: естественно, сочно, слегка диковато. Верхние ноты Pomegranoudh бьют прямо в центр удовольствия, не оставляя шансов на равнодушие.

Вместо привычного цветочного или пряного сердца в центре композиции всего два ингредиента — пачули и уд. Но не те, к которым вы привыкли. Пачули здесь не землистый и не шоколадный. Fugazzi используют молекулярно переработанный пачули — легкий, перечный, почти прозрачный. Он не давит, он парит, создавая хрустящую, сухую подложку для фруктов. Уд — главная звезда сердца. Но приготовьтесь: Pomegranoudh использует молодой уд — бальзамический, с оттенком вишни, сливы и латекса. Он почти сладкий, почти карамельный, но с тем самым «животным» подтоном, который делает уд удом. Этот уд не спорит с гранатом, а обнимает его. Они сливаются в странный, гипнотический дуэт: кислый фрукт на фоне дымной, смоляной древесины. Это как запить драгоценную смолу клюквенным морсом — звучит безумно, но работает гениально.

Финал Pomegranoudh — теплый, обволакивающий и долгий. База держит весь этот фруктово-древесный хаос в узде. Сладковато-смолистый, с нотками ванили и бензоина янтарь здесь создает золотой фон. Он смягчает агрессию граната и придает уду бархатистость. В какой-то момент иажется, что аромат превращается в дорогой восточный десерт — но лишь на мгновение. Следом вступает мускус. Это белый, чистый мускус, который пахнет нагретой кожей и свежим бельем одновременно. Он делает аромат близким, телесным, осязаемым. И, наконец, ваниль. Но не приторная бурбонская, а сухая, мадагаскарская, почти пряная, с оттенком гвоздики и сухих стручков. Вместе янтарь, мускус и ваниль создают эффект кашемирового одеяла, в которое закутали сочный фруктовый салат и кусок драгоценного уда.